Episode Details

Вам тридцать пять лет, и у вас есть дочь, страдающая эпилепсией, которую к тому же мучают всевозможные другие болезни. Ваш муж умер или ушёл к другой, более молодой женщине. Вы живёте на юге Ливана, недалеко от Израиля, без помощи и без родных, на которых можно было бы опереться. Вы перебиваетесь кое-как и кое-где выпрашиваете себе на жизнь. Возможно, у вас есть добросердечная соседка, которая время от времени присматривает за вашей дочерью.
Тридцать пять лет — и жизнь представляет собой одно сплошное мучение и беспокойство. И вот вы, возможно, слышите издалека слухи из Израиля: может быть, пришёл Мессия. Возможно, когда-то вам рассказывали об Исаии 56 или о других текстах, которые так ясно говорят, что Бог милует не только Израиль, но что Его благодать и милость простираются также на народы, к которым вы, как женщина, принадлежите.
Вы идёте, и видите, как идут двенадцать учеников Иисуса, возможно, словно охраняют его, потому что он находится в опасной местности. Они как будто образуют вокруг него караул. Вы подходите ближе и каким-то образом узнаёте — может быть, спросили у одного из учеников, — что это Иисус. Что он, возможно, и есть обещанный Мессия.
Вы знаете: нельзя обращаться к нему, потому что он мужчина. Нельзя обращаться к нему, потому что он иудей. Нельзя обращаться к нему, потому что, судя по всему, он человек высокого положения — только посмотрите на этих стражей вокруг него. Но нужда вашей дочери прорывается сквозь все эти социальные правила. Эта нужда сильнее всякой осторожности и всех приличий, которых вы должны были бы придерживаться.
Она кое-чему научилась: она знает, как к нему обратиться. Она делает это издали, не решаясь подойти ближе. «Господь» — это просто означает «господин». «Сын Давидов» — так она называет его, используя его мессианский титул. «Помилуй меня», — говорит она. Она всё говорит правильно и богословски обоснованно и сразу объясняет, что больше всего занимает её сердце: её дочь тяжело — не слегка, а тяжело — одержима бесом.
Вот что она услышала об Иисусе: что он возвращает людям их личность, восстанавливает их душевное здоровье. Всё, что тяготит человека и что в те времена быстро называли бесом, приходит извне. Оно овладевает тобой и изменяет тебя, и ты не знаешь, как и почему, — это и называли бесом. Она говорит на языке своего времени: моя дочь тяжело одержима бесом. Эпилепсия, утрата личности, утрата способности к общению — на языке того времени это одержимость.
Как бы нам с вами хотелось, чтобы Иисус тогда ответил: «Конечно, как хорошо, что вы об этом меня просите. Как прекрасно, что вы называете меня этим мессианским титулом. И вы совершенно правы — я сейчас же вам это покажу». И чтобы с этого момента её дочь была исцелена.
Именно так нам больше всего хотелось бы переписать это Евангелие. Ведь это Иисус, соответствующий нашему представлению: добрый Иисус, готовый помочь каждому. Не Иисус, который отвергает людей, говорит жёсткие слова или призывает к иному образу жизни. Нет, у него всё в надёжных руках. Добрый Иисус, дорогой Иисус — «Знать Тебя для меня дороже всего», песнь, которую я когда-то пел в церкви.
Но он не отвечает ей ни слова. Он отворачивается. Он услышал её, но игнорирует. Это тот Иисус, которого вы знаете? Это тот Иисус, о котором вам хочется читать или слушать?
И чтобы сделать всё ещё хуже: она вежливо сказала «Сын Давидов», а Иисус отворачивается, не сказав ни слова — он даже не говорит: «Сегодня у меня нет времени». Затем ученики делают всё ещё хуже: «Знаете, что вам следует сделать, Иисус? Отошлите её. Надоела эта женщина, которая там кричит о своей дочери».
Тогда Иисус говорит: «Прочтите Исаию 56. Я послан ко всем людям» — то есть на самом деле он должен был бы помочь ей, — «нет: только к погибшим овцам дома Израилева».
Я люблю эту женщину за то, что происходит дальше, потому что это говорит обо всём. Ученики хотят отослать её. Иисус не отвечает ни слова. Она стоит там, опровергнутая и униженная, хотя всё сказала п