Episode Details

Когда мы слушаем историю о разведчиках, мы слышим рассказ, который Тора повторяет не один раз, а дважды. И раввины говорят: когда Тора что-то повторяет, это не потому, что мы забыли, а потому, что мы ещё не поняли этого достаточно глубоко.В книге Чисел мы слышим историю так, как она произошла. Вечный говорит: «Пошлите за собой людей». Раши говорит: это не заповедь, а уступка. Бог говорит: если вы не можете довериться, не видя, то идите и посмотрите. Bamidbar Rabba сравнивает это с царем, который хочет подарить своему сыну подарок, но сын говорит: «Позволь мне сначала посмотреть, хорош ли он». Царь отвечает: «Я знаю, что ты не справишься, но если хочешь, иди». Мидраш говорит: так было с Израилем. Бог знал, что эта миссия сломает их, но Он позволил им идти, потому что доверие нельзя навязать.И тогда отправляются двенадцать разведчиков. Мидраш рассказывает, что они пришли к Хеврону, где жили великаны, и что Бог привел их именно туда, чтобы показать им, что даже самые страшные враги смертны. Но разведчики не увидели того, что Бог хотел, чтобы они увидели. Bamidbar Rabba говорит: «Они видели, но не видели». Они видели великанов, но не видели Бога, который вывел их из Египта. Они видели стены, но не видели облако, которое их окружало. Они видели плоды земли, но не видели плоды обещания.Мидраш даже рассказывает, что в тот момент Бог погрузил жителей той земли в траур, чтобы разведчики могли бродить незамеченными. Но разведчики неправильно истолковали это и сказали: «Это земля, пожирающая своих жителей». Раввины говорят: в этом заключается трагедия страха — он превращает даже знаки защиты в знаки опасности.И вот тогда звучит эта единственная фраза: «Мы не можем идти, потому что они сильнее нас». Раши говорит: прочтите это также как: сильнее Его. Мидраш слышит в этом шепот неверия, момент, когда страх становится настолько велик, что даже воспоминание о чудесах стирается.Но затем мы слышим эту историю заново в Второзаконии. Моисей стоит на пороге земли и оглядывается назад. И он рассказывает это по-другому. Он не говорит: «Бог сказал: пошли людей». Он говорит: «Ты пришел ко мне и сказал: давайте пошлем людей». Мидраш в Сифри Деварим говорит, что Моисей тем самым обнажает корень греха: не миссия была неправильной, а сердце, которое ее породило. Страх был уже до того, как разведчики отправились. Неудача началась не с их отчета, а с желания иметь уверенность, прежде чем можно было довериться.Моисей даже говорит: «Предложение мне понравилось». Раввины спрашивают: как Моисей мог это одобрить? И отвечают: потому что даже величайший лидер иногда поддается страху народа. Мидраш говорит: «Моисей был увлечен их сомнениями, как человек увлекается сильным течением». Это болезненное, но честное признание: лидерство не застраховано от страха общины.В нашей собственной традиции есть история, которая болезненно и честно это показывает. В конце своей жизни Менно Симонс стоял перед выбором, который определил всю его жизнь: сохранить единство общины или противостоять решению, о котором он в глубине души знал, что оно заходит слишком далеко.В то время меннистские общины были раздираемы страхом. Страхом размывания, страхом отклонения, страхом, что молодое движение распадется. И в этом страхе отлучение — meiding — толковалось все более строго. Не только как средство дисциплины, но как полное социальное исключение. Тяжелая, суровая форма, которая ломала жизни людей.Сам Менно никогда не хотел этой радикальной формы. Его собственные сочинения отражают более мягкое, пасторское видение. Но община вокруг него двигалась в другом направлении. Давление было сильным. Лидеры вокруг него боялись, что любая нюансировка, любое смягчение, любое пасторское исключение расколет общину. И Менно, уставший от многолетней борьбы, почувствовал, как этот страх проникает в его собственное сердце.Хроники рассказывают, что в конце концов он согласился на суровый отлучение, которое на самом деле не мог вынести. Он сделал это, как он сказал позже, «что